Адреса на карте
С 8:00 до 22:00 МСК
8 800 550-07-70 Бесплатный звонок по России
8 800 550-0770 8 800 550-0770 Связаться с нами
Вы находитесь на сайте для клиентов банка
в городе Москва
Выбрать другой город
Онлайн-заявка Интернет-банк

Уважаемые журналисты,

вы можете задать вопросы пресс-службе «Почта Банка»:

19 июля

Дмитрий Руденко: «Я за технологии, которые помогают зарабатывать деньги»

Почему российским банкам не нужны роботы, зачем банковским клиентам блокчейн и как конкурировать в мире, где все банки становятся одинаковыми, в интервью порталу Банкир.Ру рассказал президент, председатель правления Почта Банка Дмитрий Руденко.

«Двигаясь более легкой моделью, мы можем выигрывать в цене»

— Почта Банк начинает обслуживать малый бизнес. На Санкт-Петербургском экономическом форуме вы заявили, что создаете крупнейшую транзакционную площадку для малого бизнеса. Раскройте детали.

— Изначально планировалось, что Почта Банк будет обслуживать только физических лиц, но, работая над стратегией, мы пришли к выводу, что сможем предложить конкурентные преимущества представителям микро- и малого бизнеса. В России большое количество индивидуальных предпринимателей, эта форма собственности очень популярна в малых и средних городах.

С уходом некоторых банков из регионов индивидуальные предприниматели оказались отрезаны от банковского сервиса. При этом остается почта, где можно получить базовые финансовые услуги, а сейчас еще и банковские продукты. Почта Банк способен создать конкурентные преимущества для ИП.

— А кредитные продукты для малого бизнеса вы собираетесь предлагать?

— Если говорить об индивидуальных предпринимателях, то это такое же кредитование физического лица. У нас нет амбиций заниматься сегментом МСБ — строить полноформатные отделения, усложнять бухгалтерию. Другие банки группы ВТБ прекрасно работают с этим сегментом.

— Вы позиционируете Почта Банк как банк-лоукостер. В условиях текущей, не самой простой, экономической ситуации какие у лоукостера преимущества перед классическим розничным банком?

— Банки работают с деньгами, а деньги имеют стоимость. Лоукост означает, что вы можете работать с меньшей маржой. И если вы сможете за счет сокращения своей маржи сделать ценообразование более выгодным для клиента, а сервис доступнее — вы выиграли. Во всех банках сейчас примерно одинаковые кредитные машины, одинаковые службы коллекшн. В условиях унификации мы, снижая себестоимость операций, можем конкурировать. Поэтому лоукост-модель способна всегда достигать успеха, вне зависимости от макроэкономической ситуации.

— Лоукост-модель не подразумевает более мягкого скоринга?

— Не стоит путать лоукост и работу с нижнемассовым сегментом, такой опыт мы получили в Лето Банке. Мы не кредитуем и без того закредитованных людей, это не наша миссия. У Почта Банка нет задачи нарастить портфель любой ценой, надеясь, что клиент однажды где-то перезаймет и выплатит нам кредит.

— То есть не собираетесь делать то, что вы делали в Лето Банке?

— Лето Банк начинал с нижнемассового сегмента, так что мы имеем опыт работы с разной аудиторией.

У нас адекватное ценообразование, мы собираемся и дальше его сохранять. Конечно, это непросто, потому что Почта Банк находится в процессе набора рыночного веса, что априори не бывает легким. Во многом поэтому пока ощущаются расходы на содержание головного офиса, даже несмотря на его компактность. Количество сотрудников головного офиса Почта Банка составляет менее 8% от общего числа сотрудников. Для российской банковской системы это уникальный показатель.

— А у других банков?

— Средний показатель по рынку — порядка 20%. Зайдите в отделение любого банка. Вы увидите фронт-линию, с десяток милых девушек, 150–200 квадратных метров. И еще столько же людей на аналогичной площади работают в бэк-офисе этого отделения.

В Почта Банке вы увидите четырех сотрудников, каждый из которых занимается продажами. Других сотрудников там нет — централизованный бэк-офис находится в головном офисе в Москве. Конечно, число сотрудников штаб-квартиры будет увеличиваться по мере развития банка. Но двигаясь более легкой моделью, мы все время можем чуть-чуть, но выигрывать в цене.

— Почтовые банки в разных странах мира отличаются по концепции. Почему вы выбрали японскую модель?

— В Лето Банке мы накопили уникальный опыт, отточив технологии быстрого развития сети до блеска.

В первый год его работы мы в среднем открывали один клиентский центр в день. Поэтому, зная свой клиентский сегмент и понимая масштабы почтовой сети, ответ на вопрос, как Почта Банку работать с наличными, появился сам собой: только через банкоматы. То есть так же, как в Лето Банке.

Банкоматы заменяют привычные банковские узлы и позволяют нам сохранять легкость и гибкость бизнес-модели. За счет снижения затрат наша сеть может быть рентабельной даже там, где классическая банковская модель рентабельной быть просто не может. Речь о небольших городах и малых населенных пунктах.

Уже потом я поехал в Японию и увидел абсолютно такую же модель. Все операции с наличными — через ресайклинговые банкоматы. Базовый набор услуг, упор на традиционные расчетные сервисы. Я с удовольствием обнаружил, что, по сути, изобрел российский аналог японского почтового банка. Не так уж плохо, учитывая, что это крупнейший депозитный банк мира.

У японской почты 24 тыс. отделений, все они оборудованы банкоматами (всего их 27 тыс.) и предоставляют банковские услуги. Конечно, есть нюансы. Мы много инвестируем в digital, мобильные технологии. Они же только думают об этом. Японский почтовый банк не занимается кредитованием из-за законодательных ограничений, у них меньше маржа, но это другая экономика и другие правила.

— Финтех — очень модная тема сегодня. Но где в розничном банке проходит грань между новыми технологиями как средством выживания в будущем — и какой-нибудь модной штучкой, в которую наиграются и забудут о ней через год?

— Грань проходит ровно там, где зарабатываются деньги. Если ваша технологическая фишка позволяет привлекать новых клиентов, то она вам нужна, даже если клиенты ей не пользуются.

Я не приверженец технологий ради технологий. Но если они привлекают клиентов и помогают продавать — хорошо. В противном случае это бессмысленные инвестиции. Но любая технология внедряется только тогда, когда она нужна, хотя придумать ее могли задолго до этого. Прототип паровой машины был изобретен еще в I веке н. э. греческим ученым Героном Александрийским. Есть легенда, что он показал ее императору, тот устройство оценил, но спросил: «А куда мы денем рабов?»

Если нужное время еще не пришло, то технология так и останется дорогой игрушкой людей, которые хотят чувствовать себя жителями мира будущего. При этом в бизнесе нужно исходить из того, что большинство граждан нашей страны живут либо в технологическом настоящем, либо, к сожалению, даже в прошлом.

— То есть интернет-банк — это максимум того, что сейчас нужно?

— Интернет-банк — это вчерашний день. Мы живем по принципу mobile first, то есть инвестируем в мобильную платформу, потому что проникновение смартфонов в течение следующих 10 лет в мире достигнет 95%. Мы инвестируем в мобильный банк, а интернет-банк, скорее, является его отражением. Мы не рассматриваем мобильный банк как еще один сервис, который предоставляет классический банк. Мы хотим стать современным мобильным банком, а если клиент хочет с нами пообщаться, ему достаточно зайти в ближайшее отделение почты.

— За рубежом банки активно вкладывают в роботоконсультирование. И если ты относишься к массовому сегменту клиентов, с тобой будет общаться робот. Живого консультанта ты не получишь…

— Потому что он дорогой, правда?

— Естественно.

— На российском рынке он пока не так дорог, как в Европе. Если говорить о конкретных примерах роботизации, то Почта Банк скоро запустит бот-чат в Telegram, где робот будет отвечать на простые вопросы клиентов: где ближайшее отделение или какой депозит самый выгодный. Проконсультировать он не сможет.

С другой стороны, представьте типичный российский город, где его житель должен пообщаться с роботом, чтобы открыть счет. Ведь там все друг друга знают и человеческие отношения зачастую выходят на первый план, поэтому даже в банке нужно обсудить погоду или колорадского жука. Робот с этим не справится. Он не разделит ваши сомнения, не даст совет.

Но, повторю, я за технологии, которые помогают зарабатывать деньги. Например, мы перенесли в Почта Банк технологию биометрического распознавания лиц, применять которую в процессе выдачи кредитов начали еще в Лето Банке. Для нас это не будущее, а настоящее. И, что важно, эта технология не ущемляет клиента, когда он из-за простуды не может произнести фразу так, как от него ждет программа.

— Эксперты говорят, что новые компании, которые занимаются одним видом бизнеса, будут постепенно отгрызать у традиционных банков их функции. Как, например, PayPal уже практически лишил банки бизнеса денежных переводов: он переводит деньги за часы, а не за три дня…

— Возможно, это актуально для США, там банки действительно делают переводы очень долго. И PayPal создала расчетную платформу с комиссией ниже, чем у Visa и MasterCard. Другое преимущество PayPal в том, что они защитили информацию держателей карт от продавцов, стали посредником. Гениальное решение, и более выгодное, чем у платежных систем. Но технологии не стоят на месте.

Развивая технологические платформы на основе блокчейна, в будущем можно будет отправить деньги, просто написав нужному адресату сообщение. А поскольку блокчейн — это технология распределенной верификации, то все знают, что у меня сумма на счете уменьшилась, а у вас — увеличилась.

В переводах действительно происходит революция. От старых технологий — открытые встречные корсчета, банковские платежки — мы постепенно перешли к платежным системам Visa и MasterCard. Следующим шагом стал PayPal, а блокчейн может стать очередным этапом. И да, в этом смысле финтех способен занять традиционную для банков нишу. Но меня это не пугает. Знаете, почему?

Несколько лет назад, когда стали появляться электронные кошельки, все банки говорили: «Их надо запретить. Вот есть банковский счет, а никаких кошельков быть не должно». Сейчас, когда вы скачиваете приложение Почта Банка, первое, что у вас открывается — онлайн-карта, привязанная к электронному кошельку. Вместо конкуренции — партнерство.

В блокчейне я вижу в первую очередь возможность. Бизнесу других компаний — страховых, нотариальных — блокчейн как технология распределенной идентификации сделки несет угрозу. Но не для банков. Пожалуйста, переводите деньги, используя платежную систему на блокчейне. Но вы ведь, наверно, еще и проценты по депозиту хотите получать? И кредит вам понадобится.

— А для этого сейчас существуют компании p2p-кредитования, которые могут предложить клиентам банков более выгодные условия по ставкам…

— Попробуйте разместить объявление: «Мне нужен ипотечный кредит. Ищу человека, который одолжит мне несколько миллионов на 20 лет под 12% годовых. Обещаю платить». Как думаете, много желающих вам помочь найдете?

Зачем нужны банки? Привлекая депозиты и выдавая кредиты, банк одновременно приобретает кредитный, валютный, срочный риски, а также риск ликвидности. Кто вместо банка готов взять эти риски на себя? Один человек может одолжить деньги другому, но саморегулируемое комьюнити здесь практически невозможно.

В самой модели р2р заложен неразрешимый конфликт. Вот вы хотите разместить депозит на 30 дней по ставке 7% годовых? Не хотите. Вы хотите положить деньги на шесть месяцев и желательно под 10% годовых. А у заемщика совершенно другие цели. И как тут найти баланс интересов? Другой барьер — это качество коллекшн в случае невозврата. Одалживая деньги банку, я знаю, что он мне их вернет. А человек, который взял кредит, знает, что в случае невозврата банк подаст на него в суд, а не подошлет вышибал, которые вечером подкараулят его в подъезде. Где такие гарантии в р2р?

— Все же р2р заточен на короткие и небольшие по сумме кредиты.

— Это прямой конкурент МФО. И, кстати, платформой для развития p2p может стать блокчейн: никаких терминалов и карточек, просто один человек пишет другому: я перевел тебе 100 монет.

— И как их оттуда выводить?

— Главный камень преткновения в платежном приложении технологии блокчейн на сегодняшний день — внесение денег в систему и их вывод. Биткоин — пока единственный пример того, как криптовалюта конвертируется в реальные деньги. Но, по сути, это биржевой товар. Вспомните векселя двадцать лет назад. Наштамповали их бесконечное количество, заменили ими деньги, и все было хорошо, пока их обладатели не предъявили по ним требований больше, чем банки-эмитенты могли заплатить.

То же самое может случиться и с биткоином.

— Ну, теоретически он может стать национальной валютой.

— Скорее всего, так и произойдет: если не биткоин, то его аналог может стать национальной криптовалютой. Это решит многие проблемы: мы оперируем крипотовалютой, которую банки потом конвертируют в кэш. Так что видите, банки все равно понадобятся.

— Почта Банк будет рассматривать возможность применения блокчейна?

— Не исключаю возможности применения этой технологии. Мы обязательно будем использовать то, что сделает услуги Почта Банка быстрее, дешевле и безопаснее для клиента.